Борис Кутенков: "Стихотворение — это лучшее, в чём я могу себя выразить"

Борис Кутенков — известный поэт, литературный критик, культуртрегер, выпускник Литературного института им. А. М. Горького, редактор отдела культуры «Учительской газеты». Он один из организаторов литературных чтений «Они ушли. Они остались», соредактор антологии «Уйти. Остаться. Жить», посвящённой рано ушедшим из жизни поэтам XX и начала XXI вв. (М.: ЛитГОСТ, 2016, 2019) и автор литературно-критического проекта «Полёт разборов», посвящённого современной поэзии.

— Борис, большинство поэтов, которых я встречала, интересуются больше продвижением собственных стихов, чем чужих. Ну разве что им интересны стихи тех, кого они считают своими учителями… Что же заставляет вас так активно продвигать других поэтов?

— Тут две причины: любовь и запоздалое переживание своего юношеского эгоцентризма. Что касается эгоцентризма, то в ранней молодости (примерно с 17 до 23 лет) я был неумеренно поглощён собой, упивался мелким тщеславием, собственным пиаром. Не хотелось бы ударяться в излишнюю самокритику и бить себя в грудь, но скажу как есть… Внутреннее переживание этой ситуации позже произвело во мне определённый психологический раскол. Я словно очнулся от какого-то дурного сна, в котором ощущал себя центром мира, и оглянулся на окружающую реальность. Думаю, ощущение субъективного чувства вины, попытка избыть прошлое как раз и привели к иного рода крайности: так же, как оголтело я занимался собой, — теперь занимаюсь другими, отодвигая себя на последнее место. Когда я говорил об этом с поэтессой Стефанией Даниловой, она скорее не поняла меня и привела в пример американское общество, где говорить о себе, продвигать себя считается не стыдным. Она назвала это ложное чувство вины исконным чувством русского человека. В какой-то степени она права. Но получается парадокс: тех, кто стесняется, как раз и хочется больше всего «тянуть» наружу, помогать им, выступать в роли передающего звена — наверное, это и называется культуртрегерством.